Rassomah
Я суший ангел только нимб запылился и на рогах повис
Часть десятая: Возлюбленный смертью, последний бой палача.

Ты моя смерть,
Я твоя тень.
Призрак вошел,
Закрыл за мной дверь.
С воем задул ветер с полей.
Я твоя смерть
Ты моя тень.
Круг темноты, сумерки снов.
Хлопнула дверь, щелкнул засов.
Тени бегут, тени парят.
Здесь горит свет, здесь кипит кровь.
Ужас застыл в веках - глазах.
Ужас сквозит сквозь маскарад.
Пляшет вокруг, в розовых снах
Тень всех теней
Верх всех наград.
Танец цветов.
Танец мечты.
Все собрались в круг темноты.
Воет орган, веет весной,
Пляшет свеча, кружится тень.
И через плачь, сквозь жуткий вой.
Ты моя тень
Я твоя смерть.

Mara

Вамп сидел молча в любимом кресле. Он уже выкурил две пачки сигарет, но не мог успокоиться. Он снова одел траур. Первый раз это была Цитадель. Тогда он похоронил троих друзей. Второй раз ушли двенадцать мастеров...........................................................
Время зла погасило солнце над землей. И на нее спустилась вечная и непрогладная тьма. Ее порожденья вылезли из своих укрытий и наполнили своим потомством землю. Багровые реки потекли по земле. Тринадцать мастеров собрались в одном храме, что бы объединить свои силы против надвигающейся вечной мглы. Прошло время, тьма рассеялась. И они снова должны были разойтись. Двенадцать человек сложили в храме оружие и заснули вечным мертвым снов среди черных зеркал. А госпожа не отпустила его, как всегда.
Третий раз была гибель кланов. А потом три года назад он похоронил Миала Искариота. Он похоронил брата, кровного брата которого убили охотники. Кардинал боялся, что Искариот займет его место, поэтому просто убрал.
«Нет человека, нет проблем» девиз инквизиции
Теперь еще ушли двое в вечный мир запредельных и вечных снов. Вамп курил и пытался успокоиться - «сколько еще можно терять друзей?» шальные мысли вертелись в его голове.
В дверь зала постучали, Вамп мысленно отдал приказ и впустил гостей. Дверь открылась, на пороге стола госпожа и Миал. Брат остался за дверью, в залу вошла лишь она. Белые волосы, белое легкое платье, обтягивающее идеальную фигуру вечно молодой и очаровательной женщины. Взгляд ее черных глаз был слегка опущен, Вамп встал и поклонился, превозмогая собственную боль. В ответ на этот жест на ее губах заиграла тонкая, но нежная улыбка. Он любил, когда она приходит в этом образе, да и она любила его больше остальных. Образ невинности, образ истинной леди. Она подошла к нему и положила руку на его плечо, их взгляды пересеклись.
«Я готов моя госпожа» - сказал он, пряча взгляд.
Она обняла его и прижала к себе. Вамп поддался волне соблазна, но потом выскользнул из ее объятий. Его глаза, вместо губ ответили за него - «не сейчас, прости», она подошла и прикоснулась пальцем к его губам. Она все понимала, и наверно слишком часто прощала его, за все его выходки. Но только он еще не привык к этому, не привык возвращаться к одиночеству сопутствующему жизни палача. А каждая новая смерть толкала его к этому. Он взял ее под руку и направился к двери.
Миал учтиво открыл им дверь и бесшумно двинулся за ними. Они неторопливо шли по коридорам замка. Во дворе их уже ждали. Цеп и Некром уже были готовы к новому путешествию. Сегодня зал собраний инквизиции содрогнется в страхе перед собственным бессилием. Настал расплаты час, час когда чаша возмездия должна наполнится свежей кровью, дабы восстановилось равновесие весов балансирующих на стержне вечности.
Экипаж уже стоял у парадного входа.
Экипаж? - спросите вы удивившись. Экипаж и только экипаж, а вы, что предлагаете везти прекрасную даму на мотоцикле или в машине? Карета и еще раз карета. Черное дерево, резные украшения и четыре мерцающих фонаря. Шесть черных жеребцов с пламенем вместо глаз и огненной гривой были запряжены в нее. Легкий призрачный туман наполнил двор, скоро полночь пора в дорогу.
Они сели в карету и въехали в воронку портала соединяющего миры.
Аптека, улица, фонарь, шальная ночь.......
Белый туман, спустился на землю и одел город в свой белый саван. До полуночи оставались считанные минуты.
Цокот копыт разорвал мертвую тишину ночи, призрачный холод шел впереди них, нанося легкий иней на окна домов. Собачий вой предвещал о приближении траурной, похоронной процессии.
Воронка портала развернулась, выпуская путников наружу. Собачий вой, стал похожим на волчий. Песня тоски и печали, так поют волки в час неминуемой смерти. Луна изменила свой привычный окрас, и снова ночное солнце стало кровавым. Словно невидимый мастер разлил красные краски на мир, освещенный вечной, молчаливой и холодной луной.
Экипаж летел сквозь город словно ветер, мгновенья и они уже на месте.
Вамп выскочил из кареты, подавая руку госпоже, тем самым, помогая ее спуститься на грешную землю. Цепеш и Некром бесшумно вышли за ней. Тени над городом медленно сгущались, вселенская тьма готовилась поглотить город без остатка. Вамп поднял опущенные глаза и взглянул на здание, к которому они подъехали. Это было невзрачное небольшое здание, но волна внутреннего измерения материи, говорили о том, что здание намного больше, чем видно неопытному глазу снаружи. Как ни странно все четверо в этом не сомневались, и каждый знал куда им идти. Они медленно начали подъем по стыпеням. Подойдя к дверям, Вамп решил проявить лучшую из своих сторон. Он решил отойти от своей манеры вскрытия замков и просто решил постучать - в знак вежливости.
Несколько пуль, расщепили немного массивную деревянную дверь. Там где дверь была обшита металлом, остались вмятины. Вамп брезгливо посмотрел на это и перевел взгляд на госпожу. Она кокетливо пожала плечами - «Мол, мальчик не маленький сам разберешься». Вамп ухмыльнулся, изучая ее взгляд, двое других поняли сразу что будет «что ни будь гореть», ибо глаза у Вампа загорелись не хорошим веселым огоньком. Достав два любимых бесшумных пистолета, он ударил ногой в дверь. Сила удара была достаточной, чтобы задвижки разлетелись, впуская внутрь не нужных гостей. Вамп сделал рывок, нажимая курки, время замедлилось в химерной дымке, щелчки курков, но он уже делала сальто и разводя руки в стороны, распуская веером свинцовую смерть. Четверо упали на пол, пытаясь ухватить ртом ускользающий для них воздух, еще до того как его ноги коснулись земли. Он выпрямился и демонстративно подул на дуло пистолетов.
Шорох за его спиной, Цепеш и Некром не задумываясь, сделали похожие движения руками. Четыре стальных лезвие неслись в сторону источника звука, Вамп резко откинулся назад, почти становясь на мостик. Лезвия пролетели над ним, но вошли в цель одновременно с пулями из его пистолета. Некром подошел к бьющемуся в агонии телу, что бы вытащить клинки. Ненависть застывала в глазах умирающего, его судороги напоминали биение в предсмертной агонии разум загнивающей религии. Она знает, что умрет, но еще тешит себя мечтой о панацеи в грядущем мире и покое.
Скорее грянет пир во время чумы, чем вернется потерянный человечеством хваленый рай.
Некром брезгливо посмотрел на захлебывающегося кровью охотника, у него были пробито легкое, кровь пенилась и пузырилась, время отмеряло секунды до смерти.
«Ну, вот еще один отъехал по путевке от Апостола Петра в вечный Рай на небе» - в глазах Некрома была ярость и злорадство, он вытащил ножи, но не стал добивать. Все равно сдохнет, может хотя бы в час смерти поумнеет, не лишать же его последней возможности пересмотреть свою жизнь в корне.
Вамп вел их по бесконечному коридору, галереи не сбывшихся надежд, грез и возможных исходов мира. Это место было, сравни «Лабиринту Химер», где одно слово может породить множество других. В конце был виден свет, «как оптимистично» - подумал Вамп. Они вышли на источник света, и оказались в небольшом помещение две лестницы вели наверх, все ближе и ближе к залу совета.
Вамп засмеялся из тени у стены вышел человек в сером плаще, в темноте капюшона виднелись глаза Искариота. Вамп стоял и улыбался. Покойный кровник достал из под плаща два вакидзаши и передал их ему. Вамп еще раз рассмеялся, отдавая брату его катаны. Он догадывался, зачем тот принес два других меча. Настало время двум спутникам смерти обагрить стальное оружие, закаляя клинки свежей кровью. Некром и Цеп взяли прекрасную даму под руки и двинулись за ними.
Вамп и Миал неслись словно стрелы сорвавшиеся с лука, четыре меча резали воздух отрезаю от него причудливые лоскуты пространства. Несколько охотников пытались задержать их, но это было бессмысленно. Что может удержать сорвавшийся шторм, цунами которое уже идет, не одна клетка не удержит ветер, рвущийся на свободу. А они сейчас были ветром, само пространство замедлило течение своего времени, позволяя им быть раскаленными ножами в масле реальности. Кровавые блики на оружие, куски тел, и не одного живого. Месть - это блюдо преподнесенное в холодном виде. Сейчас оно было просто ледяным. Месть была почти свершена, еще немного - и вечный покой Искариота.....
Они уже неторопливо поднимались вверх по лестнице. Еще не много и будет зал советов. Вамп учтиво пропускал госпожу вперед.
Впереди перед входом в зал, их уже ждал один из псов с обнаженным клинком. Охотник, смерд как он смеет обнажать против нее клинок? Одним словом инквизиторский прихвостень, выполняющий любые приказы. Она подошла к нему. Кончик его клинка коснулся ее белоснежной шеи. Четверо были готовы рвануться вперед, что бы его убить, но ее голос заставил их остановиться. Она еще раз пыталась образумить этого «пса господ», но кончик лезвия иже надрезал кожу на шее. Легкая полоска крови выступила на ее шее, алые капли уже запачкать белоснежное платье. Она шагнула вперед, лезвие точно вошло посредине горла, но это ее не остановило, она подошла на расстояние вытянутой руки. Глаза человека показали ей всю подноготную грязь хранящейся в его души. Она как опытный врач, анатомировала его душу, вычленяя слабости и пороки. Взвешивая жизнь или смерть. Смерть победила, но иногда даже она милосердна. Ее нежные тонкие пальцы коснулись его лица, они налились легким, но холодным свечением. Тело молодого стража становилось дряхлым и безжизненным. Она забирала его молодость, все страхи его подсознания вырывались за границы его внутреннего эго, они рвались и становились частью его реальности. Где осознание смерти - уже смерть........
Вамп подошел и заглянул в его пустые и умирающие глаза. Для него жизнь и смерть уже едины. Клинок стража исчез не оставив даже следа, эпатаж иногда нужен как проявление вышей силы…
Вамп подошел к двери и небрежно постучал. За массивными дубовыми дверями стояла гробовая тишина. Он еще раз постучал, но уже более настойчивей, но на стук так и не обратили внимания. Вамп взглянул на госпожу и щелкнул пальцами, как тот чертенок в мультике - кончиком хвоста.
Легкий порыв ветра вырвался из подпространства и распахнул двери, раскидывая тех кто стоял за ними. Вамп взял госпожу под руку и вошел в распахнутые двери. Двое лежащих охотников попытались встать, но холодный взгляд госпожи заставил застыть их ледяными фигурами с еще живыми глазами. Страх перед смертью? Нет, страх обреченных перед неминуемой судьбой. Перед той, что нельзя купить ни златом, ни серебром. Страх взгляда вечности, что по ту сторону добра и зла.
Красный кардинал, глава совета попытался воспрепятствовать действиям незваных гостей. Но Вамп в долю секунды уложился, что бы оказаться рядом с ним. Он вежливо взял его под локоток, как раз в то место, где болевая точка и вежливо намекнул. Что не стоит поднимать шуму, а ему как хозяину стоит вежливо уступить свое место, прекрасной даме. Кардинал, хотел было вырваться, но передумал увидев довольную улыбку Искариота. Он понимал, любой повод и его тут же убьют, без суда и следствия. Хотя конечно, его и так возможно убьют, но есть еще шанс побороться за жизнь. Шанс, он и есть шанс и не важно один из десяти или один из миллиона - так рассуждал кардинал. В чем-то он был прав. Смерть всегда справедлива и никого не забирает просто так.
Красный кардинал, прислушался к словам незваного гостя и учтиво уступил свое место даме.
Госпожа улыбнулась, и заняла предоставленное ей кресло во главе стола. Ее взгляд окинул всех собравшихся и ее рука автоматически достала из воздуха небольшую стопку бумаг. Красный кардинал, побелел в мгновенья ока, он то прекрасно знал, что это за бумаги. Прекрасная дама просмотрев документы, отобрала из них несколько неподписанных. Остальные так же бесшумно исчезли, как и появились на столе. Вамп учтиво предложил ей свою перьевую ручку. Три документа, были подписаны без тени сомнения. И как только перо остановилось, в комнате появились странные существа. Они чем-то напоминали христианских чертей, но черти это детские забавушки по сравнению с ними. Чертями пугают грешников, страшат их адом. Конечно в христианском раю наверно хороший климат и в аду по сравнению с ним жарковато. Но за то какая там компания. Сколько великих умов сожженных инквизицией, сколько великих полководцев, одним словом душевный народец. Простите, но я немного отступил. Эти существа, намного древнее христианства, для них все едины. Они палачи вечности, самые справедливые судьи. Они взвешивают деяния человека и решают, что делать с ним. Ни молитвы, ни посулы не смогут их купить. Они не куют из веры гроши, они вне ее. Даже знаменитые мастера пыток великой инквизиции - дети по сравнению с их фантазией. И я действительно сочувствую тем, кто попал в их руки.
Эти милые существа подошли к трем сидящим за столом, и если выразиться немного грубо вырвали души из тел. Но не думайте, что они оставили тела на растерзания стервятников. Их они тоже унесут с собой, в тот же миг три документа сгорели в воздухе, не оставив даже пепла. Но еще было два неподписанных листа.
Красный кардинал догадывался, чье имя написанно на одном из них. Но прекрасная дама не спешила подписывать, ожидание смерти хуже самой смерти. Ощущение неизвестности самый неприятный страх, ибо не кто не знает как повернется колесо судьбы.
Но как не хочется оттягивать развязку сюжета, но пауза не может длиться слишком долго иначе она станет скучной..
Госпожа взяла перо и вписала имя на одном из двух оставшихся литах. Искариот был доволен, он не торопливо начал подходить к онемевшему Константину. Молодой инквизитор стоял столбом, он не мог пошевелиться, убитый им враг подходил к нему. И это была не тень, это был кошмар обретший плоть. Искариот подошел вплотную к своему врагу, его глаза излучали смерть, но….
Константин молча смотрел ему в глаза, выйграть время у смерти не возможно….
Но у Миала были свои планы, желание убить было очень сильным, но в данном случае это будет свободой для его врага. Намного жесче оставить врага жить, жить как растение которое не может умереть. Искариот это понимал, и он готов был привести план мести в исполнение. В его руке загорелся зеленый клубок энегии, один удар и сгусток ушел в инквизитора. Лицо Константина побелело, создалось ощущение, что он стал восковой фигурой. Фигура с живыми глазами, все понимает, все видит, а сделать ничего не может. Миал был доволен, это намного лучше убийства и намного страшнее смерти.
Красный кардинал похолодел от ужаса, ведь следующим будет он….
Госпожа не стала затягивать развязку этой пьессы, она движением пера пдвела к концу. Ее тонкие пальцы передали последний документ в Вампа. Он принял его с почтением, на его губах заиграла улыбка от прочитанного.

Шли минуты….

Красный кардинал похолодел от ужаса, перед ним стоял ребенок лет шести. Милый ребенок правда мертвый, он тянул свои бледные руки к горлу своей жертвы. Обреченный сдужитель культа понимал, что из объятий собственной смерти вырваться не возможно. Как было написа у Вальтера скотта - кто попал в руки льва, тот не просит о пощаде. Так и здесь кардинала ждал его персональный ад, расплата за преступления, за гибель безвинных. Но львы падалью не питается, как и смерть не убивает просто так…
На то она и вечная леди, что бы карать и миловать. Сегодня она была великодушна, и одним жестом убрала руки трупа с шеи полумертвого церковника.

- Что будет дальше - вспыхнули мысли в голове кардинала - ведь это еще не конец…..

Он был прав в своем рассуждении это был явно не конец, это было только начало.

Вамп стоял и смотрел на весь этот спектакль, он понимал, что самое интересное будет впереди. План мести был намного сложнее, чем простое убийство верхушки совета инквизиторов. Если их убить, то они станут мучениками, умершими за «благое» дело. Как служители церкви любят клепать святых из убогих и калек. С другой стороны идеальная религия для толп составляющих небесное стадо. Но вернемся в зал совета….

Что самое страшное для человека?
Это воплошение его собственных страхов в реальность, не в аморфную химеру которую можно сморгнуть, а в кошмар который имеет физику тела. Кошмар до которого можно коснуться рукой и когда поймешь, что он реален - холод пронзит тело, холод страха окутает пеленой сознание…

Вамп улыбнулся, что может быть лучше, чем подарить человеку мир собственных кошмаров, персональный ад где он будет переживать все снова и снова…

Маленькие пальчики будут медленно сдавливать горло, приводя к легкой асфикции, но не убивая или убивая но очень медленно. Разум будет скован страхом, голос будет сдавлен, мольбы не помогут и это будет длиться вечно…. Но это будет не единственный атракцион для мести, это лишь кусочек мозайки из всей картины ада, ее можно расписывать до бесконечности для каждого из нас. Но у кардинала слишком много, скелетов в шкафу, поэтому для него будет большой выбор атракционов в его собственном лабиринте кошмаров подсознанья….

Белая леди уловила ход мыслей своего спутника и была рада, что он не решил убивать врага. Убийство будет лишь награда, а зачем награждать врага?
Она подошла к кардиналу и коснулась пальцем его лба…
Его сознанье поплыло в белесой дымке, ему становилось страшно. Страх перед неизвестностью терзал его, он мечтал уже умереть лишь бы не знать, что за игру они начали. Но не суждено убежать от расплаты, даже после смерти продолжается жизнь…
И все начинается по новой.

В зале совета, ни соталось ни одного инквизитора, все ушли за грань “серых пределов”, каждому нашелся персональный ад…

Но это не конец, это лишь пауза, взятая взаймы у смерти…